ГОРЕЧЬ ВЛАСТИ

РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА. ВЗГЛЯД ИЗ 21 ВЕКА

«Бориску на царство?» - гневно кричит Иоанн Грозный в фильме «Иван Васильевич меняет профессию», и мы сразу понимаем, о ком речь. О Борисе Годунове, шурине Грозного. Историю России мы хорошо знаем из комедий.

Для кого-то царство – пост президента 140-миллионной страны, для кого-то – должность главы администрации 45-тысячного городка. Но быть царем (большим или маленьким) – это ведь не комедия. Сами-то цари это прекрасно понимают. Быть царем – это трагедия по полной программе. По законам жанра царствие так или иначе начинается с нарушения нравственного закона. У Пушкина в «Борисе Годунове» это убийство. Убив законного наследника престола царевича Дмитрия, Борис становится царем, «избранным всенародно». Еще в 16 веке власть доставалась тому, кто хитрее и решительнее за нее боролся. Вот они, истоки наших предвыборных баталий.

Но царям всегда что-то мешает. Вернее, они всегда боятся того, что (или кто) может помешать. Борису Годунову не дает покоя кровь убитого младенца. Он даже обращается за помощью к колдуну, что говорит о его неуверенности в собственных силах. «Да, жалок тот, в ком совесть не чиста», – говорит он в своем монологе. Приходит время дать самому себе отчет – что сделано за годы царствования? Ну, что-то вроде Ежегодного послания президента или речи мэра на Общегородском собрании. Борис понимает: его царствие неудачно. Голод, пожары, неблагодарность черни. «Я думал свой народ в довольствии, во славе успокоить… Я отворил им житницы, я злато рассыпал им… Я выстроил им новые жилища...» Но народ не любит Бориса. Дело плохо. «И рад бежать, да некуда…»

А тут еще объявляется соперник – так сказать, новый кандидат на пост царя – самозванец Лжедмитрий. Это якобы настоящий наследник, убитый Борисом, настоящий царь. Он воскрес, и он готов повести за собой народ. Тень убитого младенца хочет сорвать с Бориса порфиру. Такая у него программа. Сегодня это называется «предвыборная гонка».  

Не обходится и без предательства. Годуновские верные бояре ведут переговоры с самозванцем. И им, если поддержат Лжедмитрия, обещаны первые должности и высокие саны в Московском государстве. Как быть? Бояре соглашаются и сами приводят самозванца в Москву с призывом целовать крест новому «законному владыке», бить «челом отцу и государю». Такова она, изворотливая верность чиновников. Тоже русская традиция. И не верится, что происходило это 500 лет назад. Будто сегодня.

А ведь народ-то рад самозванцу. «Народ, народ! в Кремль! В царские палаты! Ступай! Вязать! Топить! Да здравствует Димитрий! Да гибнет род Бориса Годунова!»

Царствие, начавшееся с крови, кровью и завершается. Борис умирает («На троне он сидел и вдруг упал - кровь хлынула из уст и из ушей»), а его детей Федора и Ксению убивают слуги самозванца.

Предатели-бояре с радостью обращаются к народу: «Что ж вы молчите? Кричите: да здравствует царь Димитрий Иванович!»

Народ безмолвствует.

Никаких аналогий. Просто читаем Пушкина.

МОНОЛОГ БОРИСА ГОДУНОВА:

РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА. ВЗГЛЯД ИЗ 21 ВЕКА

продолжение следует